Сегодня 11:51 22.04.2024

Тридцать лет назад СССР начал жить по планам 12-й пятилетки. Прощальной, как стало ясно позже, в его почти 70-летней истории. Какими были финишные пять лет пребывания у штурвала Калмыкии для Кирсана Илюмжинова и первые пять – для Алексея Орлова, продолжает вспоминать «ЭК»

«КОЛЛАПС» И СТО ПРОЦЕНТОВ

Пять лет назад, отработав к тому времени главой республики 8 месяцев, Орлов неожиданно согласился на интервью для нашей газеты. Неожиданно – ибо до него ни один из местных властных чиновников на такое не решался. Общение с первым лицом региона вышло объёмным и обширным - во многом благодаря коллеге Владимиру Бессарабову, гладкие штрихи в этом жанре публицистики презирающему. И вопросы он задавал в том же духе – колкие, но по существу. 

Один из них, например, касался темы недостроев к 400-летию добровольного вхождения. Орлов признал, что «не ожидал такого коллапса, произошедшего за последние годы». «Коллапса» - это, скорее всего, незавидных темпов при возведении юбилейных объектов и завидных - при хищении денег, отпущенных на эти самые цели. Далее он сетовал: «Но самое больное, к сожалению, на сегодняшний день «зависли» объекты первостепенной социальной значимости: здравоохранения, культурно-оздоровительные. Притом, федеральный бюджет свои обязательства выполнил на сто процентов».

Сказано это было, напомню, в начале лета 2011 года. А вот в другом интервью - газете «Коммерсантъ» два месяца назад – глава РК, возвращаясь к истокам того самого «коллапса», вдруг пожаловался, что ему и правительству региона пять лет пришлось навёрстывать упущенное и доделывать то, что государство должно было сделать 7-8 лет назад. Ключевая фраза здесь: «Должно было сделать». Подразумевающая, видимо, солидный денежный транш для республики-юбиляра. Какое из двух высказываний Орлова истинно, а какое - лукавство? Не знаю. Никто не знает.

 

ДЕПУТАТЫ И ЛУПА

Далее в интервью нашему изданию возник нюанс не менее щекотливый. А именно - кадровая политика в эпоху 17-летнего правления Кирсана Илюмжинова. Конкретно - в части отставок и назначений на высокие должности. Почему решения по ним, прозвучало в вопросе корреспондента «ЭК», как правило, не комментировались и, тем паче, не обсуждались? Ни тогда, ни сейчас. И в самом деле, почему? 

Орлов ответил неясно. Если не сказать, уклончиво. Мол, было бы крайне неразумно при назначении чиновника любого ранга публично обсуждать его, назначения этого, полную мотивацию. Ну, что ж, неразумно так неразумно. Местная власть всегда от народа что-то скрывала, не изменилось ничего и при нынешнем главе РК.

Но вот дальше, развивая тему, Алексей Маратович выдал занятное. Если не сказать, забавное, причём на полном серьёзе: «Я выдвигаю кандидатуру (на ту или иную должность во власти, очевидно. – Прим. А. Е.), Народный Хурал её рассматривает чуть ли ни через лупу, высказывает свое мнение. Считаю, это нормальная практика».

Нормальная, кто бы спорил. Особенно если имеет право на жизнь. Но как-то не особо верится, что парламент Калмыкии настолько въедлив и принципиален, чтобы подвергать публичному сомнению кадровые решения своего главы. И уж тем более отвергать их. Не верится в такое, хоть убейте меня.

 

КАДРОВЫЙ РЕЗЕРВ И СЕНЬКА

За исключением, пожалуй, нашумевшей, но слегка подзабытой истории с бывшим сити-менеджером Элисты Николаем Андреевым. Вот его-то кандидатуру депутаты, правда, городские и в самом деле изучили через «лупу». И пришли к грустному для Орлова выводу: извините, но ваш ставленник нам не подходит. И документы у него не в порядке, и процедура продвижения в градоначальники не демократична, да и работать с людьми ему явно претит. Не по Сеньке, одним словом, шапка.

Но этот прокол случился позже. А до него, став патроном родной республики, Алексей Маратович понял другое: кадровым резервом при его предшественнике никто должным образом не занимался. В смысле жили себе и жили братья-земляки, а вот о будущих лидерах нации и их ближайшем окружении не задумывались. Непорядок, как будто, хотя обставлено всё было не совсем так. Точнее, так, но не совсем. 

Если хорошо порыться в памяти, попытки заняться кадровым резервом у нас были. Именно попытки, потому и невразумительные. Вспомним, как устраивались разного рода анкетирования, собеседования, дискуссии и «круглые столы», будто бы людей не в местный «Белый дом» готовили, а к заброске на территорию НАТО. Доготовились до того, что нынче, со слов Орлова и произнесённых пять лет назад, «существует некая обойма госчиновников, которая ротируется из места в место. Меняют кресла, меняют кабинеты, а лица остаются те же на протяжении многих лет».

 

КАБИНЕТЫ И КОРЕШИ 

Любопытные слова, не правда ли? Потому как таили в себе, главным образом, правдивую оценку политического момента. Самокритичные к тому же, ибо в те годы Алексей Маратович и сам не без желания менял кабинеты и должности на более престижные. Но произнесены они, слова эти, были, напомню, ещё в 2011 году. И заканчивались очень оптимистично: «…подобная практика порочна. Нужно привлекать молодых людей, дать возможность проявить себя тем, кто сегодня профессионально готов». 

И в самом деле было бы справедливо, если бы кресла и кабинеты меняли не засидевшиеся в них властители, а новые лица. В этой связи Орлов заметил: «…одно из условий зачисления в кадровый резерв – ценз. То есть, претендент должен иметь стаж не менее трёх лет. Хочу, чтобы в этом вопросе всё было ясно и прозрачно, чтобы любой достойный кандидат имел возможность устроиться к нам на работу. Чтобы не говорили, мол, Орлов или еще кто-то пригрел родственника или кореша».

Выпирает здесь последнее, но поговорим вначале о цензе. Являющем собой ограничения на занятие какой-либо должности. Ввиду, например, отсутствия в активе этих самых трёх лет. Упомянутого Андреева, кстати, попросили из градоначальников как раз-таки из-за их отсутствия. Но речь дальше пойдёт о чиновнике, у которого на этот счёт полный порядок.

 

ГЕРОИ И ЗАСЛУГИ

Чуть меньше месяца назад указом №40 Орлов присвоил почётное звание заслуженного работника культуры директору Калмгостелерадиокомпании (КГТРК) Михаилу Ткачёву. То ли в связи с пятилеткой его работы на этом месте, то ли в связи с грядущим Днём печати. Но суть не в этом.

А в том, что в тексте указа, в частности, говорится: «за заслуги в области культуры и многолетнюю плодотворную работу». Стало быть, полдесятилетия труда считаются «многолетними»? Что касается «заслуг», то тумана и здесь никак не меньше.

Я, к примеру, знаю немало, можно даже сказать, весьма много моих земляков, отдавших делу служения культуре Калмыкии пять раз по пять лет и больше. Но почти все они, в отличие от Ткачёва, за свою многолетнюю и, несомненно, плодотворную работу отмечены почётным званием так и не были. И ушли на отдых, как говорится, налегке, хотя в глубине души на него надеялись.

Не имею ничего против коллеги Ткачёва. Более того, не сомневаюсь в его высоком профессионализме на посту руководителя калмыцких телевизионщиков. Но вот указов сверху о почётных званиях, профанирующих саму идею о них, категорически не приемлю. И не один только я, уверен. 

Вспоминаются тут два Героя Калмыкии - футболиста и экс-министр сельского хозяйства РФ Алексей Гордеев. Каковы их, как обозначено в законе РК о госнаградах, «личные заслуги, связанные с совершением геройского подвига, за трудовой героизм, особо выдающаяся новаторская деятельность и значительный вклад в дело процветания Республики Калмыкия». А вот что касается «Почётных граждан РК», то и там абсурда в избытке.

Примерно столько же, сколько и с «родственниками или корешами» Орлова во властных структурах. Которых он, «избегая» рисков, туда не внедрял, а они сами, «через форточку», вовнутрь всё же проникли. Как говорил Виктор Степанович Черномырдин: «У нас ведь беда не в том, чтобы объединиться, а в том, кто главный». От себя добавлю и те, кто вокруг него.  

Александр ЕМГЕЛЬДИНОВ