Сегодня 08:52 30.09.2020

«Победа» Лукашенко на очередных президентских выборах спровоцировала выход десятков тысяч людей на улицы белорусских городов. Граждане соседнего государства не верят в те цифры, которые предоставил им ЦИК.

Народ и «батька»

Белоруссия последние месяцы находится в состоянии серьёзнейшего напряжения. Виной тому состоявшиеся в минувшее воскресенье выборы главы государства. Последовательность и циничность, с которой практически все хоть сколько-нибудь значимые оппозиционные кандидаты убирались из предвыборной гонки, лишь подогревала ситуацию. Уголовные дела и административные препоны и вправду смогли более-менее расчистить политическое поле для А. Лукашенко, однако неожиданным для руководства соседней страны стало появление на авансцене представительниц «слабого пола». Лицо белорусской оппозиции удивительным образом оказалось женским – и вместо мужей-претендентов на президентское кресло, кои перед началом избирательной кампании стали отправляться в заключение или изгнание, противостоять всемогущему «батьке» стали их жены.

Присоединение женщин к президентской гонке по всей видимости не рассматривалось правящей элитой соседнего государства, как что-то стоящее внимания. Именно поэтому в списки кандидатов в президенты смогла попасть никому не известная Светлана Тихановская - переводчица, мать двоих детей, фактически – простая домохозяйка, а по совместительству супруга одного из неудобных для Лукашенко соперников Сергея Тихановского (он был взят под стражу и по сей день содержится в СИЗО).

После задержания мужа Тихановская подала документы вместо него - ее как женщину вообще не восприняли как угрозу и разрешили зарегистрироваться кандидатом в президенты. Сам Лукашенко, будучи во власти патриархальных заблуждений относительно возможностей женщин, много раз заявлял, что должность руководителя страны занимать может только «мужик».

Ну а соперница действующим президентом долгое время рассматривалась как не более чем глупая шутка. Впрочем, вскоре женщинам в белорусской политике удалось сделать то, к чему так и смогли прийти ранее мужчины – сплотить оппозицию. Так, в поддержку Тихановской выступили еще две женщины с похожей политической карьерой – Вероника Цепкало, жена другого не допущенного к выборам кандидата, который был вынужден бежать в Россию, и Мария Колесникова, руководительница предвыборного штаба Виктора Бабарико, который, как и Тихановский, оказался за решеткой.

Сама Тихановская регулярно подчеркивала, что возглавила движение оппозиции практически против собственной воли, более того, сама она не желает становиться президентом: «Я хочу детей, мужа и дальше жарить свои котлеты», - фраза ставшая визитной карточкой кандидата. Тихановская подчеркивает, что хочет лишь стать руководителем государства на переходный период. По большому счету она взяла на себя роль аккумуляции всего протестного голосования в стране, единственное в чем заключалась ее предвыборная программа – обещание после избрания в достаточно короткие сроки организовать новые честные выборы.

То, что власть соседней страны готовилась к серьезному обострению ситуации подтверждалось тем, что несколько заранее в столицу республики стянулись войска и начались перебои с интернетом. И, действительно, после закрытия участков в Минске и других городах начались беспорядки, продолжавшиеся до утра. Недовольные организацией и результатами голосования граждане вышли на улицы, для разгона толпы силовики применили светошумовые гранаты и слезоточивый газ.

Как известно, по официальным данным ЦИК РБ, действующий президент получил более 80 процентов голосов, ближайшая к нему Тихановская – меньше десяти процентов. Альтернативные источники говорят об обратной ситуации – «домохозяйка» получила порядка 70 процентов (по разным оценкам), батька – меньше десяти.

Ответ один – перетерпеть

Весьма интересен и способ урегулирования проблемы массовых протестов в Белоруссии. Не привлечение внутренних войск и силовых ведомств для подавление «беспорядков», но отношение самого руководителя к вопросу. В первом заявлении после выборов Лукашенко цинично отметил, что «политика одна должна быть – люди», а в воскресенье на избирательном участке он в своем коротком комментарии уместил обвинения в сторону ряда «неких лиц» из ближнего и дальнего зарубежья, дескать, они ответственны за дестабилизацию ситуации в стране. Эту же мысль он повторил и на брифинге в понедельник, всеми силами игнорируя тот факт, что вне зависимости от того, каким страшным рисуется образ внешнего врага, выход на улицы и площади десятков тысяч людей не может быть не обоснованным.

Между тем, кого он считает «кукловодами» Лукашенко так точно и не обозначил. Зато воззвание к населению собственной страны оказалось весьма красноречивым: «Надо утихомириться, успокоиться, - отметил белорусский лидер. - А родителям третий раз говорю посмотреть, где их чадо, чтобы не было потом больно. Чтобы не ахали, не охали».

Иными словами, Лукашенко призывает людей утихнуть и «не раскачивать лодку». При этом он не считается с фактами и возжелал заявить перед обществом страны и мира об очередной сокрушительной победе, предпочитая давить протест силовыми методами, одновременно надеясь на то, что народное недовольство со временем изживет само себя. И по своей сути такую позицию можно назвать уже классической антикризисной стратегией на постсоветском пространстве.

Впрочем, за последнее время мы увидели и пример того, что развития по классическому сценарию подавления протестных митингов может и не последовать. Так, например, в Хабаровске и, шире, на Дальнем Востоке уже месяц не утихают массовые протестные акции, связанные с задержанием теперь уже бывшего губернатора Фургала. Как известно, лозунги и призывы раздраженных «беспределом» граждан далеки от того, что современная российская правовая система считает допустимым. Однако широкомасштабных задержаний не следует, имеется только поразительное в своей бессмысленности игнорирование происходящего. Логичный вопрос: почему нет силового ответа? Вполне возможно, что в диалоге власти с обществом отдаленного региона первая уже не имеет полной уверенности в том, что эскалация не приведет к куда более худшим последствиям.

Кроме того, можно провести некую параллель и с протестами в Элисте минувшей осенью. В тот раз власть также не решалась на силовой путь подавления недовольства. Но и конструктивного диалога не последовало. Руководство Калмыкии сработало по той же системе упования на то, что протест утихнет сам собой. И акции, митинги, народные сходы действительно прекратились, что, впрочем, вовсе не означает, что утих и протест.

Все это разные примеры народного волеизъявления, «голосования ногами». Ситуации в каждом случае скалывались по-разному, схожа лишь реакция власти – будь то федеральный российский центр, президент Беларуси или региональный глава – главный принцип разрешения конфликта един – стремление пересидеть, переждать и надеяться на то, что недовольство народа утихнет как-нибудь само, гражданский протест рассосется и можно будет дальше оставаться у власти, не решая проблемы.

Так или иначе, происходящее теперь в соседнем государстве будет иметь долгоиграющие последствия. Очередной исторический урок, который, с одной стороны, хорошо бы выучить и российской власти, с другой и российское общество не без интереса следит за происходящим у братского народа. А выводы должны сделать все.

Утнасн Санджиев