Сегодня 13:38 27.06.2019

Минувшая неделя ознаменовалась очередным раундом чисток в губернаторском корпусе России. Традиционная пора отставок началась с увольнения главы Челябинской области. Всего же за прошлую неделю «на покой» ушло пять губернаторов. Между тем, 20 марта 2019 года случилось неизбежное – президент РФ Владимир Путин принял досрочную отставку главы Калмыкии Алексея Орлова. Ну а врио руководителя республики стал Бату Хасиков, более известный широкой публике как кикбоксер и многократный чемпион мира, менее известный как советник руководителя Росмолодежи.

Алексей Орлов не продержался каких-то полгода до своего девятилетия у руля Калмыкии. Республику он возглавил 24 октября 2010 года, сменив на этом посту первого после развала СССР «губернатора» степного региона – К. Илюмжинова. И нужно признать, что воспринятый поначалу как некий «временщик» Орлов продемонстрировал удивительную политическую живучесть, особенно в последние годы. На момент своей отставки он занимал 15-е место среди действующих глав субъектов Федерации по продолжительности пребывания в должности.

Уже бывший руководитель республики смог пережить несколько волн губернаторских чисток, несмотря на то, что отставку ему прочили практически в числе первых. Тому причиной были многочисленные скандалы и недочеты, которые допускала руководящая верхушка Калмыкии. Однако ныне, когда эпоха правления Орлова закончилась, хорошо бы подвести некоторые итоги того, чего добилась республика за эти неполные «орловские» девять лет.
Одним из ярчайших экономических показателей, который берется за основу любого анализа территорий, по праву считается валовый региональный продукт (ВРП). В наиболее упрощенном виде ВРП можно рассматривать как количество произведенных товаров и услуг для конечного использования, выраженное в валюте. И вот тут, вроде, можно порадоваться успехам – за то время, пока Алексей Орлов руководил Калмыкией, ВРП республики вырос на 72,55% - с 24 млрд. 404 млн. рублей в 2010 году до 66 млрд. 512 млн. в 2017 году (на данный момент Росстат еще не опубликовал полные данные за 2018 год), несмотря на то, что по этому показателю место региона в рейтинге субъектов РФ не изменилось – регион как был на 81-ой строчке, так там и остался.

Можно было бы порадоваться «приросту» в 72%, если не знать, что ВРП экономисты считают разными способами. Этот показатель рассчитывается, например, в текущих основных ценах (номинальный объем ВРП), а также в сопоставимых ценах (реальный объем ВРП). Все дело в том, что на миллион рублей сегодня можно купить гораздо меньше товаров и услуг, чем на ту же сумму десять лет назад.

Основным, ярко иллюстрирующим фактором, тут можно назвать курс национальной валюты. Стоить вспомнить, что за эти годы рубль на международном рынке постигла суровая участь. Сухие цифры – в конце марта 2010 года один доллар США стоил 29,66 рубля, сегодня за $ дают уже 63,77 рубля. Таким образом, стоимость нашего платежного средства упала в два раза.

Вот и получается, что, по самым простым обывательским выкладкам, которые не учитывают инфляцию, рост налоговой нагрузки и прочее, экономике региона для того, чтобы просто остаться на месте, на том же уровне, что и в 2010 году, нужно было нарастить ВРП примерно на сто процентов. Чего мы не имеем.

Еще один яркий показатель – состояние бюджета региона. В 2010 году казна Калмыкии по итогам 12 месяцев получилась с дефицитом в 145 млн. рублей. Тогда доходы региона ненамного превысили девять млрд. рублей, и республика в тот год заняла «почетное» последнее (83-е) место в списке субъектов Федерации по этому показателю. В минувшем году у Калмыкии было 15 млрд. 185 млн. рублей в статье доходов, а расходы превысили их всего на 109 млн. рублей. Наша республика по этим показателям заняла теперь уже предпоследнее место в России (84-ое, ведь количество регионов с 2010 года увеличилось за счет Крыма).

Вот вроде и тут есть какой-то прогресс (доходы бюджета приросли более чем на пять миллиардов), да только стоит снова вспомнить чудовищную девальвацию рубля, и оптимизм сразу же утихает.

В целом же, от состояния экономики зависит и социальная сфера. Заметим, что мы опираемся на официальные данные Федеральной службы государственной статистики (Росстат), согласно которым, например, размер среднемесячной заработной платы в нашей республике вырос в 2,2 раза по сравнению с 2010 годом. Так что, по официальной информации, уровень зарплаты в Калмыкии в 2018 году составил 26 тыс. 87 рублей. За тот же период среднемесячная пенсия увеличилась в 1,8 раза - до 11 тыс. 971. Мы неоднократно скептически высказывались на счет того, насколько корректно главный государственный орган статистики отражает действительность, выдавая «среднюю температуру по больнице». Но сегодня на этом останавливаться не станем.

Тем не менее, есть у Росстата показатель, который вполне отражает протекающие процессы в экономической и социальной сферах Калмыкии. Численность населения Калмыкии с 2010 года уменьшилась на 5,86% - с 290 тыс. человек на 1 января 2010 года (78-е место) до 273 тыс. на аналогичную дату 2019 года (80-е место). Это может показаться небольшой потерей, но стоит присмотреться к данному показателю повнимательней, и станет понятна губительность происходящих процессов. Даже не затрагивая тему того, что для настолько малонаселенного региона как наш, уменьшение на семь тысяч человек – это ощутимый удар, нужно учитывать «качественные», а не количественные показатели.

Численность населения региона последние девять лет стабильно падала, при том, что рождаемость за эти годы неоднократно превышала смертность. Если конкретно, то смертность на одну тысячу населения за тот же период сократилась на 12,73% - с 11 человек в 2010 году до 9,6 в 2018 году. Собственно, естественная убыль населения давно уже престала быть причиной, по которой жителей Калмыкии становится все меньше.
Одна из самых жизненно важных проблем субъекта – продолжающийся многие годы отток населения за пределы республики. Уже давно фиксируемый социологами рост эмиграционных настроений, особенно среди калмыцкой молодежи – небезобидная тенденция, которая заслуживает ответа по существу, реальных действий, а не отвлеченных реплик.

При этом, нужно понимать, что рост чемоданных настроений прежде всего касается наиболее активной части населения – регион покидают самые квалифицированные и амбициозные молодые люди. Уезжают на учебу или работу в более благополучные регионы, да так там и остаются. Поскольку не видят открытых возможностей реализовать свой талант, самого себя в пределах родной Калмыкии. А возможностей нет именно потому, что регион под властью подзадержавшегося «временщика» так и буксовал на одном месте. Поскольку, видимо, за обещаниями улучшить инвестиционную привлекательность, реализовать высокий экономический потенциал, восстановить в полной мере когда-то мощнейшее сельское хозяйство республики реальных действий и не предполагалось.

Между тем, та же утечка мозгов и рабочих рук уже в свою очередь затрудняла хозяйствование и продолжает негативно сказываться на перспективах экономического развития региона. Проблема эта была актуальна и очевидна в 2010 году, но преодолеть ее региональная власть под руководством Орлова так и не смогла.

Сегодня мы затронули только некоторые аспекты экономико-социальной жизни Калмыкии. Если вкратце резюмировать итоги почти девятилетней работы экс-руководителя республики, то можно прийти к неутешительному выводу – годы правления Орлова, наверное, нельзя назвать какой-то экономической или социальной катастрофой, вот только они точно не стали эпохой прорывов и побед. В целом, это время можно обозначить как «бег на месте». Калмыкия как плелась в конце всех возможных рейтингов, так и осталась при своем месте в хвосте.

Между тем, если подводить итоги такого большого периода, то нельзя ограничиваться взглядом на одну лишь социально-экономическую сферу. Стоит также подумать и о том, чего Калмыкия смогла или не смогла достигнуть на поприще культуры, внутрироссийской политики, других сферах. Затронуть и прочие, не менее значимые аспекты, которые в совокупности формируют образ республики в наши дни. Однако об этом мы подробнее поговорим уже в следующих номерах.

Георгий Санджи-Горяев

Я не знаю что такое «рано», я знаю что такое «поздно».
Конфуций