Сегодня 00:51 11.12.2019

В конце ноября прошлого года исполнилось пять лет пребывания в должности председателя правительства республики Игоря Зотова

СТАБИЛЬНОСТЬ И ПОРЯДОК
Кто из жителей Калмыкии, мало-мальски понимающих нюансы местной политики, вспомнит, сколько человек побывало на этом посту до него? За последние, скажем, 20 лет? Наверняка, немногие. А если ещё и в порядке очерёдности - и того меньше. И большой беды здесь нет. Так как тема эта настолько непопулярна, что знание её или незнание никого, по сути, не волнует.
Есть, впрочем, убеждённость и иного свойства: ни один из них ничего путного для региона не сделал, и потому, возможно, не заслужил почитания его обитателей. Как, допустим, Басан Городовиков, 40 лет назад оставивший пост руководителя республики, после чего жизнь его земляков стала лишь ухудшаться, и конца этому регрессу, увы, не предвидится.
Если же плёнку истории отмотать ещё дальше, к моменту восстановления родного края после сибирской неволи, то первым главой её исполнительной власти был Эренджен Сангаев (1958-1962 годы). Его сменил Григорий Бембинов, проработавший на год больше (1962-1967). Потом был Эрдни Манджиев (1967-1975), а завершил эпоху, что бы там ни говорили, порядка и стабильности Лаг Бадмахалгаев (1975-1988).
В чём проявлялась «стабильность» развития Калмыкии? В том, например, что за 30 лет её Совет министров возглавляли лишь четыре председателя. В среднем - по 7,5 лет на каждого! Статистика эта, конечно, сугубо условная, но весьма показательна в разрезе того, что предстояло пережить республике позже.

ЧТО ТАКОЕ «ПРОРЫВНЫЕ ДЕЙСТВИЯ»?
Имеются в виду годы, когда во главе её стоял Кирсан Илюмжинов. Меняя премьеров правительства с не лишённой логики частотой и апатичностью, он за 17 лет так ни разу и не дал понять, почему поступает так, а не иначе. Так и осталось загадкой: либо они поставленные перед ними задачи не выполняли вовсе, либо выполняли не так, как его сумбурной душе было угодно?
А вот Алексей Орлов начал удивлять, едва сменив своего вчерашнего шефа. Сначала блиц-назначением, а затем таким же экстренным расставанием с Людмилой Ивановой. По версии нового главы РК, она не подходила для, так называемых, «прорывных действий», которые он планировал развернуть в обозримом будущем. Что могли они означать на практике – не ясно до сих пор.
В общем, вести республику «в прорыв» Орлов доверил новому премьеру. Не секрет - своему человеку. Пусть даже для такой серьёзной работы не готовому. Им оказался Зотов, ранее нигде и ничем себя не проявивший. Да и как он мог чего-то добиться в ранге неприметного замминистра экономики и торговли РК?
Сами калмыцкие министры, впрочем, с недавних пор тоже предпочитают оставаться в тени, тихо решая,понятные только им самим, задачи. Кто-то из них работает лучше, кто-то хуже, кто-то кипучую деятельность лишь имитирует. Но в совокупности их усилия не впечатляют. Каков пастырь, такая и паства.

ОТ САНГАЕВА ДО БАДМАХАЛГАЕВА
Городовиков, возглавлявший Калмыкию с 1961-го по 1978-й год, времени на раскачку и манипуляции с кадрами, разумеется, не имел. Их, умных специалистов то есть, тогда было в обрез и, особенно, если речь шла о месте во власти. Важно было таких людей найти и поставить перед ними внятные задачи.
Сангаев, к примеру, имел за плечами всего лишь Совпартшколу и потому на посту главы Совмина считался человеком заведомо временным. А вот Бембинов, аграрий по образованию и руководивший в высылке сельхозуправлением области, соответствовал должности вполне.
Сменивший его зоотехник по образованию Манджиев был мобилен, что в условиях перехода республики к интенсивному животноводству было качеством незаменимым. Но через 8 лет плодотворной работы он внезапно заболел и ушёл из жизни в возрасте 53 лет.
На смену Манджиеву пришёл 40-летний Лаг Бадмахалгаев, агроном по диплому. Ответственной работе он отдал 13 лет – калмыцкий рекорд, который вряд ли когда-нибудь будет побит. Запомнился он редким даром претворять в жизнь идеи, которые подсказывал текущий момент, и Городовиков, не в последнюю очередь.

ИЗ ЧИСЛА РОДНИ И СОРАТНИКОВ
Доверял 40-летним и Илюмжинов. «Известия Калмыкии» на этот счёт заметили: «По его (прежнего главы РК. – Прим. А. Е.) мнению, министром в республике имел шанс стать любой достойный кандидат независимо от возраста. За подготовку молодых кадров Илюмжинова отмечали в Кремле».
Не знаю, как там Кремль, только вот ряд илюмжиновских «достойных кандидатов» были из числа его родни или близкого окружения. И все они не по своей воле покидали верхотуру исполнительной власти.
Это, прежде всего, его старший брат Вячеслав, мечтатель-фантаст, хотя и с багажом знаний, а также министры Баатр Петрушкин и Санджи Эняев, двоюродные братья главы РК.

ЗА СЧЁТ ДЕНЕГ СЕСТРЫ
Какие же потрясения пережила исполнительная власть Калмыкии с начала 90-х годов прошлого века? Их слишком много, чтобы уложить в газетный формат. Перечисление одних только вице-премьеров, занимавшихся, в основном, «теневыми» делами (Циркунов, Васильева, Ланцанов), утомит хоть кого.
Принято считать, что статистика есть наука о том, как, не умея мыслить и понимать, заставить делать это цифры. Она свидетельствует: за годы нахождения у власти Илюмжинова правительство у нас менялось с десяток раз. Включая сюда «исполнения обязанностей», к которым прежний глава обращался не менее часто.
Дольше всех у власти находились Александр Дорждеев и Анатолий Козачко – по 4 года. Далее идут Владимир Сенглеев – 2,5 года, Олег Кичиков и Иванова – 2,5 года на двоих, Рафаил Метрикин и Виктор Батурин – 1,5 года на двоих. Про «и. о.» уже сказано, а вот о трёх годах премьерства Валерия Богданова - вице-президента РК «по совместительству» - лучше промолчать.
Чем они запомнились узкому кругу лиц? Метрикин – тем, что был у руля Кабмина меньше двух месяцев. Разбирался, говорят, только в финансах и жутко не любил, когда его фамилию произносили с ударением на второй слог. Батурин, закончивший недавно отсидку в салынской колонии за финансовые афёры, построил за счёт денег сестры Елены Сити Чесс, но ожидаемых дивидендов не получил. В связи с чем, долго имел претензии то ли к Илюмжинову, то ли к Калмыкии. Вошёл в историю также тем, что прятал в Элисте от Яны Рудковской двух совместных с ней сыновей-школьников.
В ПАРАМЕТРЫ НЕ ВПИСАЛСЯ?
После Метрикина и Батурина премьеров-легионеров в Калмыкии больше не было. Но сменившие их Дорждеев, а затем и Козачко исполнительной власти республики осмысленности не добавили. Что этому мешало, догадаться несложно: Илюмжинов, даже находясь вне Элисты, знал, чем дышат все его подчинённые. Премьеры правительства – в первую очередь.
Какой-то толк, говорят, мог получиться из Сенглеева. Но на его беду грянул юбилей-400, и разобраться в том, что делать следует, а чего не следует, он не смог. Правильнее сказать, смог, однако его замыслы не вписались в параметры политики, проводившейся чиновниками свыше.
Как итог, на него навесили всех мыслимых и немыслимых собак и, как следствие, уволили с работы. Но помимо подготовки к юбилею, Сенглееву, это общеизвестно, удалось-таки переломить ситуацию в республике: она стала зарабатывать за счёт собственных ресурсов, что подвигло Москву на дополнительные дотации. Жаль вот только, что с уходом Сенглеева в республике с деньгами вдруг стало туго.

ЧЁРТОВА ДЮЖИНА
47-летний Зотов в калмыцком истеблишменте как был, так и остаётся фигурой таинственной. Это, кстати, первый случай, когда во главе правительства республики стал чиновник из второго эшелона исполнительной власти. «Легионер» к тому же. Но так ли уж это обязательно – чтобы премьером был кто-то из числа министров, чей КПД далеко не всегда вразумителен.
Зотов, имеющий образование экономиста и успевший поработать замом профильного министра РК, за пятилетку, очевидно, понял, в каком направлении следует двигаться и от чего (или кого?) отказаться. И, упаси бог, конечно, ему повторить путь Сергея Кириенко, выросшего за год из президента нефтяной компании в главу Кабмина РФ и «познакомившего» страну с таким словом как «дефолт». Надо держать в голове и то, что Зотов стал 13-м премьером Калмыкии в 20-21 веках и избрал его Народный Хурал 13-го числа…
А ещё, знает ли он слова своего старшего коллеги Виктора Черномырдина: «Наша непосредственная задача сегодня - определиться, где мы сегодня вместе с вами находимся?»
Исправить уже, конечно, ничего нельзя, но окончательно испортить можно.

Александр ЕМГЕЛЬДИНОВ

24/01/17